ПАРАДИГМА (от греч. παράδειγμα  — пример, образец), 1) понятие, используемое в античной и средневековой филосо­фии для характеристики взаимоотношения духовного и реаль­ного миров; 2) теория (или модель постановки проблем), при­нятая в качестве образца решения исследовательских задач. Платон усматривал в идеях реально существующие прообра­зы вещей, их идеальные образцы, обладающие подлинным существованием: демиург создает все существующее, взирая на неизмененно сущее как на образец, или первообраз (Тимей 28а, 37cd и др.). Эта линия в трактовке идеи как пара­дигмы, образца, нашла свое продолжение в неоплатонизме; в средневековой философии она выразилась в учении о творении Бо­гом мира по своему образу и подобию. В немецком классическом идеализме учение о парадигме раз­вертывается в плане анализа принципов внешнего и внутрен­него единства различных формообразований, в учении о пер­вообразе или прообразе системной организации всех тел. Со­гласно Шеллингу и Гегелю, принципы упорядочивания и це­лостной организации природных тел характеризует духовный, идеальный прообраз.

В философию науки понятие парадигмы было введено пози­тивистом Г. Бергманом для характеристики нормативности методологии, однако широкое распространение приобрело после работ американского историка физики Куна. Стремясь постро­ить теорию научных революций, Кун предложил систему по­нятий, среди которых важное место принадлежит понятию парадигмы, т. е. «...признанным всеми научным достижени­ям, которые в течение определенного времени дают модель постановки проблем и их решений научному сообществу» (Кун Т. Структура научных революций, пер. с англ. М., 1975). Смена парадигмы представляет собой научную рево­люцию. Трактовка Куном понятия парадигмы вызвала дис­куссию, в ходе которой отмечалась неоднозначность этого понятия (К. Поппер, И. Лакатос, М. Мастерман и др.). Не­однозначность понятия парадигмы, под которой у Куна по­нимается и теория, признанная научным сообществом, и пра­вила и стандарты научной практики, и стандартная система методов и т, п., потребовала от него пересмотра и конкрети­зации этого понятия, что было осуществлено в понятии «дисциплинарная матрица» и ее компонентов (символического обобщения, метафизической части парадигмы, ценности и собственно образцов решения исследовательских задач). Вмес­те с тем понятие парадигмы используется в теории и истории науки для характеристики формирования научной дисципли­ны, описания различных этапов научного знания (допарадигмального, т. е. периода, когда не существует теория, признан­ная научным сообществом, и парадигмального), для анализа научных революций. Оно применяется также в методологи­ческом анализе различных научных дисциплин (психологии, социологии, химии, языкознании и др.). В марксистской литературе понятие парадигмы используется при анализе процессов художеств, и научного творчества (ху­дожеств, канонов, стилей в искусстве и стилей мысли в науке и пр.). К. Маркс и Ф. Энгельс обратили внимание на то, что раз­личные науки принимались в качестве образцов и выдвигались на первый план в концепциях науки: если Ф. Бэкон видел в качественной физике основу естественных наук, то Гоббс провозг­лашал геометрию «главной наукой» (см. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 2, с. 142—43). А. Грамши, критикуя позитивистский сциентизм, отмечал, что длительное время наука отождеств­лялась с естественными науками. «Экспериментальные и ес­тественные науки являлись в определенную эпоху «моделью», «образцом», и поскольку общественные науки (политика и ис­тория) стремились найти объективную основу, которая в на­учном отношении была бы пригодной для того, чтобы при­дать им такую же точность и силу, какими обладали естествен­ные науки, то понятно, что к этим последним обращались при создании языка общественных наук» (Грамши А. Избранные про­изведения, М., 1980, с. 305). Признавая общие принципы деятельно­сти ученых, определенные культурные стандарты, эталоны и методологические регулятивы, выступающие в качестве образ­цов при решении исследовательских задач внутри отдельной научной дисциплины, методология науки отвергает абсолют­ную унификацию реального методологического и предметно­го многообразия научных дисциплин.

Лит.: Лосев А. Ф. История антич. эстетики, [т. 3] — Высокая класси­ка. М., 1974; Он же. История антич. эстетики, [т. 6] — Поздний элли­низм. М., 1980; Грязнов Б. С. Филос. «Парадигма» Т. Куна.— «При­рода», 1976, № 10; Criticism and the growth of knowledge, ed. by J. Lakatos, A. Musgrave. 1970; Ritzer G. Sociology: a multiple paradigm science. Boston, 1975; Paradigms and revolutions. 1980.

А. П. Огурцов